Пляски на костях
"Мы веселимся, играем свадьбы, рассказываем анекдоты и хохочем до упаду в городах, где умерли миллионы человек", сказал я недавно в одном споре. И сам задумался над двумя вещами.

Во-первых, мы с вами действительно живем на костях. Что такое "родословная", если вдуматься? Это трупы. И даже если не оглядываться на прошлое, мы постоянно находимся в тесном контакте со смертью. Люди умирают не где-то далеко, а рядом с нами. Через стенку, в соседнем подъезде, доме. Но мы изо всех сил отстраняемся от этого.

Во-вторых, отстранившись, мы теряем способность воспринимать смерть, как что-то естественное. И столкнувшись с ней вплотную, каждый раз испытываем шок. Я даже не говорю о смерти близкого человека. Так влияет почти любая смерть, с которой нам доводится соприкоснуться. Часто достаточно и символов. Памятники, мемориалы, захоронения вызывают какой-то благоговейный трепет.

Но ведь и вся планета - одно сплошное захоронение. А любой город - захоронение в квадрате. Люди умирают постоянно, всюду, миллионами. Что, однако же, нисколько не мешает живущим радоваться жизни, в том числе и самыми отвязными способами. Так что же, черт возьми, дает нам такая информация? Почему мы как-то по-особому относимся к местам катастроф, с содроганием говорим про ту же Припять? Ведь про любое место можно с уверенностью сказать: "здесь умерло много людей".
Или "знаменитая смерть" трагичнее безвестной?